Пол яйца. Пол яйца


Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Осмии-сожительницы

Осмии-сожительницы В конце зимы, когда жестокие холода начинают уступать свое место, хотя и н

Охота сколий

Охота сколий Мы уже знаем, что на жуков охотятся также церцерисы, которые ловят исключительно

Проблески разума

Проблески разума Когда пелопей покрывал глиной место, на котором помещалось его гнездо, снято

Агении

Агении По нравам и по инстинкту рядом с пелопеем можно поставить агений, других охотников за

Добыча сколий

Добыча сколий Если бы сила была главным систематическим признаком в зоологии, то сколии заним

Тахиты

Тахиты Род перепончатокрылых, имя которых составляет название этой главы, не заставлял до сих

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Осмии-сожительницы

Осмии-сожительницы В конце зимы, когда жестокие холода начинают уступать свое место, хотя и н

Мудрость инстинкта

Мудрость инстинкта Парализуя свою добычу, лангедокский сфекс, я не сомневаюсь в этом, следует

Филант — пчелиный волк

Филант — пчелиный волк Встретить между занимающими нас перепончатокрылыми, этими страст

Личинка и куколка

Личинка и куколка Яичко желтокрылого сфекса—белое, продолговатое, цилиндрическое, немно

Обитатели ежевичного куста

Обитатели ежевичного куста Обрезанные или обломанные сухие стебли ежевики, растущей по краям

Размещение полов

Размещение полов Посмотрим, прежде всего, в каком порядке чередуются полы детей у одной матер

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Охота сколий

Охота сколий Мы уже знаем, что на жуков охотятся также церцерисы, которые ловят исключительно

Монодонтомерус

Монодонтомерус Его зовут Monodontomerus cupreus Sm. Попробуйте-ка выговорить: мо-но-дон-то-ме

Осмии-сожительницы

Осмии-сожительницы В конце зимы, когда жестокие холода начинают уступать свое место, хотя и н

Паразиты

Паразиты Иногда бембекс, прилетев к гнезду с добычей в ножках, не спускается смелым и решител

Агении

Агении По нравам и по инстинкту рядом с пелопеем можно поставить агений, других охотников за

Возвращение в гнездо

Возвращение в гнездо Последуем за бембексом, когда он возвращается в норку с добычей, которую

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Эмигранты

Эмигранты Я расскажу здесь, при каких чрезвычайных условиях мне пришлось однажды найти загадо

Церцерис бугорчатая

Церцерис бугорчатая Я долго искал случая присутствовать, в свою очередь, при работах церцерис

Перемещение гнезд

Перемещение гнезд По своему положению на камне, который можно перемещать как угодно, гнездо с

Паразиты

Паразиты Иногда бембекс, прилетев к гнезду с добычей в ножках, не спускается смелым и решител

Желтокрылый сфекс

Желтокрылый сфекс К концу июля появляется из своей подземной колыбельки желтокрылый сфекс (Sp

Кормление личинки и охота

Кормление личинки и охота Недалеко от Авиньона, на правом берегу Роны, против устья Дюрансы,

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Перемещение полов

Перемещение полов Пол яйца пчелы зависит от произвола матери. Это непоколебимо установлено мн

Ученый бандит

Ученый бандит Оса-церцерис только что открыла нам часть своего секрета, указав точку, в котор

Помпилы

Помпилы Гусеница аммофилы, слепень бембекса, златка и долгоносик церцерис и т.д.—все эт

Предисловие автора

Предисловие автора (ко второму тому «Воспоминаний» 1882 года) Сыну моему

Возвращение в гнездо

Возвращение в гнездо Речь идет о том, чтобы повторить с халикодомой мои прежние опыты с церце

Еда по правилам

Еда по правилам Форма яйца сколии не представляет ничего особенного. Оно белое, цилиндрическо

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Церцерис бугорчатая

Церцерис бугорчатая Я долго искал случая присутствовать, в свою очередь, при работах церцерис

Возвращение в гнездо

Возвращение в гнездо Речь идет о том, чтобы повторить с халикодомой мои прежние опыты с церце

Эвмены

Эвмены Костюм осы наполовину черный, наполовину желтый, талия тонкая, фигура гибкая, крылья,

Проблески разума

Проблески разума Когда пелопей покрывал глиной место, на котором помещалось его гнездо, снято

Перемещение полов

Перемещение полов Пол яйца пчелы зависит от произвола матери. Это непоколебимо установлено мн

Размещение полов

Размещение полов Посмотрим, прежде всего, в каком порядке чередуются полы детей у одной матер

www.zoofirma.ru

Пол яйца

Стенная халикодома часто занимает свои старые, прошлогодние гнезда, в которые, после небольших поправок, начинает носить провизию, кладет яйца и, наполняя и закрывая ячейку за ячейкой, действует так до тех пор, пока яичники пчелы не истощатся. Наконец, гнездо покрывается сверху слоем цемента, который придает ему вид нового гнезда. Если мать отложила здесь еще не все яички, то она отправляется на поиски других, старых, гнезд, чтобы в них окончить кладку. Постройку нового гнезда она, может быть, начинает только в том случае, если ей не удалось найти старого, которое сэкономило бы ей время и труд. Во всяком случае, в бесчисленном количестве собранных мною гнезд я нахожу гораздо больше старых, чем новых.

Как отличить старое гнездо от нового? Снаружи они ничем не отличаются, так хорошо пчела производит ремонт. Внутри — другое дело: здесь их сейчас же можно отличить. В старом гнезде попадаются ячейки, в которых яйцо прошлогодней пчелы не развилось, а нетронутая провизия покрылась плесенью или высохла; в других находится мертвая личинка, превратившаяся в изогнутый цилиндр затвердевшей гнили; из иных ячеек взрослое, окрыленное, насекомое не могло в прошлом году освободиться и умерло за работой просверливанья свода. Наконец, очень часто встречаются ячейки, занятые паразитами, левкосписами и антраксами.

Да если бы и все ячейки были свободны, что бывает очень редко, то и тогда есть средство отличить старое гнездо от нового. Кокон прилегает к стенке ячейки обыкновенно очень крепко, а при поправке гнезда пчела не всегда удаляет эту кожицу старого кокона, оттого ли, что она этого не может сделать, или оттого, что считает это бесполезным. Тогда новый кокон нижней стороной бывает вставлен в оставшуюся шкурку старого. Мне случалось находить по три кокона, основаниями вставленные один в другой. Значит, гнезда халикодом могут служить в течение трех лет, если не больше. Число свободных ячеек в старых гнездах бывает очень различно, но всегда невелико и потому в одном таком гнезде почти никогда не может вместиться полная кладка халикодомы, требующая около 15 ячеек. Это уже много, если в одном гнезде она может поместить половину своих яиц; 4—5 ячеек, иногда 2 и даже 1 ячейка, вот что обыкновенно находит каменщица в старом гнезде.

Как же распределяются полы в этих случаях, когда кладка по необходимости должна делиться между несколькими гнездами? Они распределены так, что могут совершенно перевернуть представление о неизменном разделении кладки на два последовательных ряда самок и самцов. Действительно, если бы это был постоянный закон, то в старых гнездах мы находили бы то одних самок, то одних самцов, смотря по тому, находилась ли кладка в первом или во втором периоде. А одновременное присутствие обоих полов соответствовало бы эпохе перехода от одного периода к другому и встречалось бы очень редко. Но это далеко не так. В старых гнездах всегда бывают одновременно самцы и самки, при одном условии, чтобы имеющиеся ячейки были различной вместимости: большей для самок и меньшей для самцов. В старых ячейках самцов, которые можно узнать по их периферическому положению и небольшой вместимости, помещаются и во втором, и в третьем поколениях самцы; в старых ячейках самок помещаются только самки.

Одновременное присутствие обоих полов в одном гнезде, хотя бы в нем находились только две свободные ячейки — одна просторная, другая тесная, доказывает самым очевидным образом, что правильное распределение полов заменено здесь неправильным, находящимся в зависимости от числа и величины ячеек, которые нужно заселить. Представим себе, что каменщица имеет перед собой пять свободных ячеек — две большие и три маленькие. Сюда она может отложить, приблизительно, одну треть всей своей кладки. И что же, в две большие ячейки она помещает самок, а в три маленькие — самцов.

Из подобных фактов, повторяющихся во всех старых гнездах, следует сделать вывод, что мать знает пол яйца, которое она собирается снести, потому что это яйцо она всегда помещает в ячейку подходящей величины. Даже больше: следует допустить, что мать изменяет, по желанию, порядок появления полов, потому что, когда она раскладывает свои яйца в несколько старых гнезд, то ей приходится разделить свою кладку на маленькие группы самцов и самок, сообразно условиям помещения в случайно приобретенном гнезде.

Когда гнездо новое, то, мне кажется, я понимаю, почему халикодома разбивает свою кладку на две серии: сначала серию самок, потом серию самцов. Ее гнездо есть полушарие; гнездо кустарниковой халикодомы приближается к форме шара. Из всех форм наибольшую прочность дает шарообразйая форма. Да этим гнездам и нужна исключительная прочность, так как они, ничем не защищенные, должны выдерживать влияние непогоды: одно на своем камне, другое на своей веточке. Значит, их шарообразная форма очень логична.

Гнездо стенной халикодомы составлено из группы вертикальных ячеек, прислоненных одна к другой. Для шарообразной формы гнезда надо, чтобы высота ячеек уменьшалась от центра к окружности. Таким образом, для прочности гнезда нужно, чтобы большие ячейки помещались в середине, а маленькие по окраинам. А так как работа начинается со средних ячеек, то и кладка яиц для самок, помещающихся в больших ячейках, должна предшествовать кладке яиц для самцов.

Но так мать может поступать только в новом, построенном ею самой, гнезде; когда же она кладет яйца в старое гнездо, то может поместить каждое яйцо сообразно его потребностям только в таком случае, если будет приспособлять порядок появления полов своей кладки к разнообразию условий помещения. Она это и делает; значит, она может по своему произволу располагать полом яйца, которое собирается снести.

То же положение подтверждают и осмии самым очевидным образом. Я говорил о том, как мой кабинет два раза был обращен в населенный улей, в котором трехрогая осмия строила гнезда в различных приготовленных мною помещениях, главным образом в стеклянных трубках и в стеблях тростника. Те и другие были различной длины и различного диаметра. В длинных трубках были отложены полные или почти полные кладки, в которых за рядом самок следовал ряд самцов. Короткие трубки были разнообразной длины. Основываясь на относительной длине коконов обоих полов и толщине перегородок, я довел некоторые из трубок до размеров, как раз необходимых для двух коконов различных полов.

И что же: эти короткие трубки были заняты с такой же охотой, как и длинные. И вот еще великолепный результат: в них кладка всегда начиналась самкой и оканчивалась самцом. Эта последовательность была неизменна. А что изменялось, так это число ячеек и пропорция между двумя родами коконов.

Чтобы установить точнее вышеизложенные идеи, мне достаточно привести один пример из множества подобных. Я следил за одной помеченной мной осмией изо дня в день, с начала до конца ее работы. С 1 по 10 мая она занимает первую стеклянную трубку, в которую помещает 7 самок и 1 самца, заканчивающего ряд. С 10 по 17 помещает в другую трубку сначала 3 самок, потом 3 самцов. От 17 до 25 населяет третью трубку 3 самками, потом 2 самцами. 26 мая — четвертую, которую скоро покидает, вероятно, вследствие того, что диаметр трубки слишком велик, поместив в нее одну самку. Наконец, с 26 по 30 мая она занимает пятую трубку, в которую помещает 2 самок и 3 самцов. Всего 25 яичек, из которых 17 дали самок и 8 самцов. Я потому и взял этот пример, что здесь довольно исключительная плодовитость самки. Заметим, что кладка, насколько позволяет состояние погоды, продолжается непрерывно. Как только одна трубка населена и заперта, осмия сейчас же занимает другую. В коротеньких трубках, в которых, по моему мнению, было место только для двух коконов: самки и самца, в большинстве случаев так и вышло, но были исключения; в некоторых осмия, экономная на место и умея лучше рассчитать, чем я, поместила двух самок.

В общем результат опыта вполне очевиден. Имея дело с короткой трубкой, в которую не может поместиться вся ее кладка, трехрогая осмия попадает в такое же положение, как пчела-каменщица, захватившая старое гнездо. Она разбивает свою кладку на несколько частей и каждую начинает самками, а оканчивает самцами. Не доказывает ли это, что насекомое обладает способностью располагать полом яйца, сообразуясь с условиями жилья?

К условиям пространства не надо ли прибавить другие условия, относящиеся к необходимости более раннего развития самцов? Самцы разламывают свои коконы двумя неделями раньше самок. Чтобы освободиться из ячейки и выйти на яркое солнышко, не тревожа ряда коконов, в которых спят их сестры, самцы должны занимать внешние концы рядов; и такова, без сомнения, причина, заставляющая осмию оканчивать самцами каждую часть своей кладки. Находясь вблизи выхода, самцы покинут свое жилище, не тревожа более поздних коконов самок. Те же результаты мне дали осмия Латрейля, поселившаяся у меня в кабинете в гнездах халикодомы амбарной, и осмия рогатая, заселившая выставленные мною для нее трубочки по всей их длине.

Трехрогая осмия строила свои ячейки в моем кабинете, кроме стеклянных трубок, еще в старых гнездах стенной халикодомы. В естественных условиях она не пользуется этими гнездами, потому, вероятно, что они разбросаны уединенно, по одному, а она любит работать в обществе. Но на моем столе, найдя их рядом со стеклянными трубками, охотно выбирала их для кладки яиц. Каменщица, при вылете из своего гнезда, просверливает не только крышечку своей ячейки, но и толстый слой общего цементного свода, которым покрыто все гнездо. При этом получаются над ячейкой как будто сени, через которые идет ход в ячейку. Сени эти могут быть длинными или короткими, смотря по толщине цементного свода, а сама ячейка почти постоянной величины, и если сени короткие, то осмия, поселяясь в гнезде халикодомы, занимает только ячейку. Так как халикодома больше ростом, чем осмия, то этой последней будет здесь очень просторно, но для двух коконов все-таки нет места. В таких солидных и пространных комнатах осмия помещала только самок.

Если сени длинны, то осмия строит перегородку, захватывающую часть ячейки, и делит, таким образом, все помещение на два неравных этажа. Внизу — просторная зала для самки, а вверху— тесная комнатка для самца. Если сени еще длиннее, то устраивается еще и третий этаж, меньший, чем второй. Туда также помещается самец. Так одна мать, осмия, заселяет ячейку за ячейкой несколько старых гнезд стенной халикодомы.

Осмия, как видите, очень бережливо обращается с помещением, пользуется им как только можно лучше, помещая самок в просторные, а самцов в тесные части ячеек. Для нее очень важна эта бережливость, потому что она домоседка и не делает отдаленных полетов в поисках гнезд. Она пользуется тем помещением, какое ей послал случай, и здесь-то обнаруживается особенно ясно ее способность располагать полом яйца для приспособления его к размерам помещения.

В старых гнездах халикодомы кустарниковой осмия поступала точно так же: в средние, большие ячейки, имевшие около 7 мм в ширину и до 23 мм в глубину, она помещала самок, а иногда и оба пола, отделив вверху перегородкой помещение более тесное для самца. Из крайних ячеек: более глубокие получают самок, менее глубокие — самцов.

Мы знаем, что трехрогая осмия особенно охотно занимает старые гнезда пчел, живущих колониями, как халикодома амбарная и антофора пушистоногая. Я рассматривал много старых гнезд этой антофоры и находил в них очень часто коконы осмии. Если гнездо состояло из коридора и ячейки, то в ячейке, находящейся внизу, осмия всегда помещала самку; а сверху, в узком коридоре, помещала одного, двух или даже трех самцов, причем делила коридор перегородками на ячейки. Если в жилье сохранился только коридор, без ячейки на дне, то полы располагались сообразно ширине коридора: сначала, в широких местах — самки, потом; в узких — самцы. Иногда, но редко, встречались обратные ряды, которые начинались самцами и оканчивались самками. Редко встречавшиеся одиночные коконы принадлежали то самцам, то самкам; но если кокон помещался в ячейке, то всегда в нем была самка. Подобные же факты, но с большим трудом, я нашел и в старых гнездах амбарной халикодомы, отличающихся неправильностью их постройки.

Вернемся к тому, чему нас научили короткие трубки и старые гнезда стенной халикодомы. Осмия, которая в длинных каналах помещает сначала ряд самок, а потом ряд самцов, в этом случае делит свою кладку на короткие ряды, состоящие из обоих полов, и приспособляется, таким образом, к перемене условий помещения.

Еще более поразительные факты доставляют нам старые гнезда маскированной антофоры, которые были заняты осмиями. Рассмотрим сначала устройство гнезд этой антофоры. На вертикальном глинисто-песчаном склоне видны круглые отверстия, около 1,5 сантиметра в диаметре. Это входы в жилища антофор, остающиеся открытыми и по окончании работ. Каждый вход ведет в глубокие прямые или извилистые сени, почти горизонтальные и покрытые внутри гладкой белой штукатуркой (рис. 172 и рис. 204). На нижней стороне сеней вырыты просторные овальные ячейки, сообщающиеся с коридором при посредстве узкого горлышка, которое закрывается солидной, земляной пробкой. Антофора так заглаживает и полирует эту пробку, что, по окончании работ, невозможно различить входную дверь, соответствующую каждой ячейке. Ячейка — овальное углубление в земле, также полированное и белое. Чтобы сделать свое жилище более прочным, антофора поливает все его стены слюнной жидкостью, которая не только полирует и белит их, но, проникая на несколько миллиметров в окружающую землю, превращает ее в твердый цемент. Благодаря такой твердости стен, гнездо можно выломать и вытащить из земли кусками, и тогда получим извилистую трубку, на которой, в виде простой или двойной гирлянды, висят ячейки, имеющие каждая форму продолговатой виноградной ягоды. Весной антофора разламывает земляной кружочек, запирающий ячейку, и входит в общий коридор, открытый в конце. Покинутое гнездо представляет собой ряд углублений, имеющих форму груши, расширенная часть которой есть старая ячейка, а суженная — горлышко-выход, из которого удалена пробка.

Осмии рогатая и трехрогая чрезвычайно охотно занимают эти гнезда; селится в них иногда и осмия Лятрейля. Я рассмотрел 40 таких великолепных ячеек, занятых двумя первыми осмиями. Значительное большинство ячеек разделено еще поперечной перегородкой на два этажа. Нижний этаж, содержащий самку, занимает большую часть ячейки; верхний, менее просторный, с самцом занимает остальную часть и немного горлышка. Двухэтажное жилье закрывается большим бесформенным комком высохшей грязи. Иногда горлышко так длинно, что осмия устраивает 3 этажа: внизу просторный для самки, наверху два тесных для самцов.

 

Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах

Рис. 204. Разрезы гнезд маскированной антофоры в земляных откосах:

Vbl - глиняная пробка, плоская при а и b; Z - ячейки, закрытые при М

 

Когда осмия находит ячейку антофоры, то старается воспользоваться ею наилучшим образом. Поместить сюда двух самок невозможно, а двух самцов — не стоит, так как это пол, о котором менее заботятся. И потом, ведь надо, чтобы представителей обоих полов было приблизительно одинаковое число. Осмия решает поместить внизу самку, на долю которой выпадает, таким образом, отполированная и лучше защищенная комната; а самцу достается тесный чердак с шероховатыми стенами. Значит, и здесь осмии обнаруживают способность располагать полом яйца, сообразно условиям помещения.

Я перехожу к примеру, может быть, еще более замечательному. Две антидии моей местности, семизубчатая и воинственная, помещают свои семьи в пустых раковинах различных улиток, причем они занимают только второй поворот спирали, а центральную, самую узкую ее часть, и наружную, самую широкую, оставляют совсем пустыми. В занятой части канала, за чистой смоляной перегородкой, следует объемистый кокон, лежащий в первой, просторной комнате; за второй смоляной перегородкой лежит меньший кокон в тесной комнате. Неравенство двух комнат есть неизбежное следствие формы спирального, сужающегося канала раковины. По очень замечательному исключению у обоих этих антидии самцы больше ростом, чем самки. Я собрал несколько дюжин таких раковин. В них чаще всего встречались оба пола: самец помещался в большей, передней комнате, а самка — в задней, более тесной. В маленьких или очень засоренных раковинах было по одному кокону, то мужскому, то женскому. В некоторых раковинах было два самца, в других две самки. Стало быть, и антидии, собирающие смолу, могут чередовать полы сообразно условиям помещения.

Еще один факт, и я оканчиваю. Мои приборы из камыша, поставленные у стены сада, доставили мне замечательное гнездо осмии рогатой. Оно устроено в стебле, канал которого имеет около 11 мм в диаметре и содержит 13 ячеек, занимающих только половину канала. Кладка здесь, по-видимому, полная. Вот каким особенным образом она расположена здесь. Прежде всего, на подходящем от дна, т.е. от узла камыша, расстоянии устроена поперечная перегородка, перпендикулярная к оси канала; получилась, следовательно, необыкновенно просторная ячейка, в которую помещается самка. Тогда осмия начинает раздумывать относительно излишней ширины канала, которая слишком велика для помещения одного ряда ячеек. А потому осмия устраивает продольную перегородку перпендикулярно поперечной и разделяет таким образом второй этаж на две комнаты — одну большую, куда помещается самка, другую поменьше, в которую помещает самца. Затем устраивается вторая поперечная и вторая продольная перегородки, так что получаются опять две неровные ячейки, населенные подобно предыдущей: большая — самкой, маленькая — самцом. Начиная с третьего этажа, осмия покидает геометрическую правильность; архитектор, по-видимому, теряется немного в смете работ. Поперечные перегородки становятся более и более косыми, и вся работа делается неправильной, но все-таки состоит из соединения больших ячеек для самок и меньших для самцов. Так помещены поочередно 3 самки и 2 самца. У основания одиннадцатой ячейки поперечная перегородка опять делается почти перпендикулярной к оси канала и повторяется то, что было в самом начале: нет продольной перегородки и сделана одна обширная ячейка, занимающая всю ширину канала, а в нее помещается самка. Здание заканчивается двумя поперечными и одной между них продольной перегородкой, разделяющей, на одном уровне, две ячейки: 12-ю и 13-ю, в которые помещены самцы.

Ничто не может быть интереснее такого смешения полов в кладке, когда знаешь, с какой точной определенностью эта же осмия разделяет полы в том случае, когда располагает ячейки в одну линию в узком канале. Здесь канал настолько широк, что работа не может идти обычным ходом. Поэтому пчела строит сложное здание, которое, может быть, не имело бы достаточно прочности при обширных сводах; она поддерживает эти своды продольными перегородками, а неравные ячейки, являющиеся результатом таких перегородок, получают то самку, то самца, смотря по величине.

Еще интересные статьи по теме:

Еда по правилам

Еда по правилам Форма яйца сколии не представляет ничего особенного. Оно белое, цилиндрическо

Обитатели ежевичного куста

Обитатели ежевичного куста Обрезанные или обломанные сухие стебли ежевики, растущей по краям

Церцерис златкоубийца

Церцерис златкоубийца В июле 1839 года, Леон Дюфур*, один из моих друзей, живущий в деревне,

Мухи-антраксы

Мухи-антраксы Я познакомился с антраксами в 1855 году. Тридцать лет прошло с тех пор, у меня

Возвращение в гнездо

Возвращение в гнездо Последуем за бембексом, когда он возвращается в норку с добычей, которую

Предисловие автора

Предисловие автора (ко второму тому «Воспоминаний» 1882 года) Сыну моему

www.zoofirma.ru


Смотрите также